Обломов: вчера, сегодня, завтра

2016-03-15_132656Один из крупнейших русских писателей XIX века Иван Александрович Гончаров — автор широко известных романов: «Обыкновенная история», «Обломов» и «Обрыв».

Особенно популярен роман Гончарова «Обломов». Хотя он был напечатан более ста лет назад (в 1859 году), он и сегодня читается с большим интересом, как яркое художественное изображение затхлой помещичьей жизни. В нем запечатлен типический литературный образ огромной впечатляющей силы — образ Ильи Ильича Обломова.

Замечательный русский критик Н. А. Добролюбов в своей статье «Что такое обломовщина?», выясняя историческое значение романа Гончарова, установил те черты, которыми отмечается это болезненное явление в общественной жизни и в личности человека.


Характер Обломова

Основные черты характера Обломова — слабость воли, пассивное, безучастное отношение к окружающей действительности, склонность к чисто созерцательной жизни, беспечность и лень. Нарицательное имя «Обломов» вошло в употребление для обозначения человека крайне бездеятельного, флегматичного и пассивного.

Излюбленное времяпрепровождение Обломова — лежанье в постели. «Лежанье у Ильи Ильича не было ни необходимостью, как у больного или как у человека, который хочет спать, ни случайностью, как у того, кто устал, ни наслажденьем, как у лентяя, — это было его нормальным состоянием. Когда он был дома — а он был почти всегда дома — он всё лежал, и всё постоянно в одной комнате». В кабинете Обломова господствовали запущенность и небрежность. Если бы не лежащая на столе неубранная от вечернего ужина тарелка с солонкой и с обглоданной косточкой да не прислоненная к постели трубка или не сам хозяин, лежащий в постели, «то можно было бы подумать, что тут никто не живет, — так всё запылилось, полиняло и вообще лишено было живых следов человеческого присутствия».

Обломову лень вставать, лень одеваться, лень даже сосредоточить на чем-нибудь свои мысли.

Живя вялой, созерцательной жизнью, Илья Ильич не прочь иногда и помечтать, но его мечты бесплодны и безответственны. Так мечтает он, неподвижный увалень, сделаться знаменитым полководцем, наподобие Наполеона, или великим художником, или писателем, перед которым все преклоняются. Ни к чему эти мечты не приводили — они лишь одно из проявлений праздного препровождения времени.

Типично для характера Обломова и состояние апатии. Он боится жизни, старается отгородить себя от жизненных впечатлений. Он с усилием и мольбой говорит: «Жизнь трогает». Вместе с тем Обломову глубоко присуще барство. Как-то его слуга Захар заикнулся о том, что «другие ведут иную жизнь». Обломов так ответил на этот упрек:

«Другой работает без устали, бегает, суетится… Не поработает, так не поест… А я?.. Да разве я мечусь, разве я работаю?.. Мало ем, что ли?.. Разве недостает мне чего-нибудь? Кажется, подать, сделать есть кому: я ни разу не натянул себе чулок на ноги, как живу, слава богу! Стану ли я беспокоиться? Из чего мне?»

Так Обломов оправдывает свое паразитическое существование, хотя бывают отдельные моменты, когда он недоволен собой, и тогда «ему грустно и больно становится за свою неразвитость, остановку в росте нравственных сил, за тяжесть, мешающую ему…»

Почему Обломов стал «обломовым». Детство в Обломовке

2016-03-15_132912

Обломов не родился таким никчемным бездельником, каким он представлен в романе. Все его отрицательные черты характера  — продукт удручающих условий жизни и воспитания в детстве.

В главе «Сон Обломова» Гончаров показывает, почему Обломов стал «обломовым». А ведь каким активным, пытливым и любознательным был маленький Илюша Обломов и как эти черты угашались в уродливой обстановке Обломовки:

«Смотрит ребенок и наблюдает острым и переимчивым взглядом, как и что делают взрослые, чему посвящают они утро. Ни одна мелочь, ни одна черта не ускользает от пытливого внимания ребенка, неизгладимо врезывается в душу картина домашнего быта, напитывается мягкий ум живыми примерами и бессознательно чертит программу своей жизни по жизни, его окружающей».

Но как однообразны и нудны картины домашнего быта в Обломовке! Вся жизнь состояла в том, что люди по многу раз в сутки ели, спали до одурения, а в свободное от еды и спанья время слонялись без дела.

Илюша — живой, подвижной ребенок, ему хочется побегать, понаблюдать, но его естественной детской пытливости ставятся преграды.

«— Пойдем, мама, гулять, — говорит Илюша.
— Что ты, бог с тобой! Теперь гулять, — отвечает она, — сыро, ножки простудишь; и страшно: в лесу теперь леший ходит, он уносит маленьких детей…»

Илюшу всячески оберегали от труда, создавали у ребенка барственное состояние, приучали к бездеятельности. «Захочет ли чего-нибудь Илья Ильич, ему стоит только мигнуть — уж трое-четверо слуг кидаются исполнять его желание; уронит ли он что-нибудь, достать ли ему нужно вещь, да не достанет, — принести ли что, сбегать ли зачем; ему иногда, как резвому мальчику, так и хочется броситься и переделать все самому, а тут вдруг отец и мать да три тетки в пять голосов и закричат:

«Зачем? Куда? А Васька, а Ванька, а Захарка на что? Эй! Васька! Ванька! Захарка! Чего вы смотрите, разини? Вот я вас!..»

И не удастся никак Илье Ильичу сделать что-нибудь самому для себя».

На образование Илюши родители смотрели только как на неизбежное зло. Не уважение к знаниям, не потребность в них пробуждали они в сердце ребенка, а скорее отвращение, и всячески старались «облегчить» мальчику это трудное дело; под разными предлогами не посылали Илюшу к учителю: то под предлогом нездоровья, то ввиду предстоящих чьих-либо именин и даже в тех случаях, когда собирались печь блины.

Бесследно для умственного и нравственного развития Обломова прошли и годы его обучения в университете; ничего не вышло у этого не приученного к труду человека со службой; не оказали на него глубокого воздействия ни умный и энергичный друг Штольц, ни любимая девушка Ольга, которая поставила целью вернуть Обломова к деятельной жизни.

Расставаясь со своим другом, Штольц сказал: «Прощай, старая Обломовка, ты отжила свой век». Эти слова относятся к царской дореформенной России, но и в условиях новой жизни еще очень много сохранилось источников, питавших обломовщину.

Обломов сегодня, в современном мире

2016-03-15_132727

Нет сегодня, в современном мире Обломовки, нет и обломовых в той резко выраженной и крайней форме, в какой она показана Гончаровым. Но при всем этом и у нас время от времени встречаются проявления обломовщины как пережитка прошлого. Их корни надо искать в первую очередь в неправильных условиях семейного воспитания некоторых детей, родители которых, обычно не отдавая себе в этом отчета, способствуют появлению у своих детой обломовских настроений и обломовского поведения.

И в современном мире уществуют семьи, где любовь к детям проявляется в предоставлении им таких удобств, при которых дети, насколько это возможно, освобождаются от труда. Некоторые дети обнаруживают черты обломовской слабохарактерности только по отношению к отдельным видам деятельности: к умственному или, напротив, к физическому труду. А меж тем, без сочетания умственного труда с физическим развитие идет односторонне. Эта односторонность может привести к общей вялости и апатии.

Обломовщина — резкое выражение слабохарактерности. Чтобы ее предупредить, необходимо воспитывать у детей те волевые черты характера, которые исключают пассивность ж апатию. К таким чертам прежде всего относится целеустремленность. Человек с сильным характером обладает чертами волевой активности: решительностью, смелостью, инициативностью. Особенно важна для сильного характера настойчивость, проявляющаяся в преодолении препятствий, в борьбе с трудностями. Сильные характеры формируются в борьбе. Обломов был освобожден от всяких усилий, жизнь в его глазах разделялась на две половины: «одна состояла из труда и скуки — это у него были синонимы; другая из покоя и мирного веселья». Не приученные к трудовому усилию, дети, подобно Обломову, склонны отождествлять труд со скукой и искать покоя и мирного веселья.

Полезно перечитать замечательный роман «Обломов», чтобы, проникнувшись чувством отвращения к обломовщине и ее корням, внимательно следить, нет ли ее пережитков в современном мире — пусть не в резкой, а подчас, замаскированной форме, и принять все меры к тому, чтобы преодолевать эти пережитки.

По материалам журнала «Семья и школа», 1963 год

Вам понравилось? Нажмите кнопочку:

Метки , . Закладка постоянная ссылка.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *